И.о. первого заместителя главы правления «Укртатнафты» Руслан Ляпка: Наши политики не доверяют своим гражданам, производителям, но почему-то надеются, что Россия будет наполнять украинский рынок нефтепродуктов и устранять дефицит

Исполняющий обязанности первого заместителя главы правления компании «Укртатнафта» Руслан Ляпка рассказал УНИАН, почему Кременчугский НПЗ и Шебелинский ГПЗ оказались на грани закрытия, как выравнивание акциза на бензин и сжиженный газ позволит урегулировать текущую ситуацию, и почему Украина продолжает закупать нефтепродукты страны-агрессора вместо того, чтобы поддерживать отечественного производителя.

По мнению подавляющего большинства экспертов рынка, из-за государственной политики, которая сложилась в нефтеперерабатывающей отрасли, ее состояние из года в год ухудшается в связи с постоянным падением спроса на бензин. Как бы вы охарактеризовали нынешнее состояние, в котором оказалась нефтеперерабатывающая отрасль Украины?

Если говорить о нефтеперерабатывающей отрасли, необходимо, в первую очередь, смотреть на историю. В Украине работало несколько нефтеперерабатывающих заводов: Кременчугский, Лисичанский, Херсонский, Одесский, Надворнянский, Дрогобычский. Шесть нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ) и Шебелинский газоперерабатывающий завод (ГПЗ). В настоящий момент работают только Кременугский НПЗ и Шебелинский ГПЗ. Все сотальные заводы встали.

Причин тому несколько. В том числе, это связано с падением в Украине спроса на нефтепродукты и бензин, в частности. Если говорим про 2012 год, то объем потребления бензина составлял 4,5 миллионов тонн, по текущему году прогнозируется потребление на уровне 1,9 миллиона. То есть, падение более чем в два раза.

Одна из причин такой ситуации в нефтеперерабатывающей отрасли, почему, собственно, НПЗ закрывались – это возникновение так называемой альтернативы в виде сжиженного газа. Поэтому и поднимается вопрос о том, чтобы сбалансировать рынок, сбалансировать потребление нефтепродуктов, сделать это так, чтобы это было выгодно и для государства, и для граждан Украины с точки зрения и рабочих мест, и цен на нефтепродукты, поскольку высокая зависимость от импорта привела к тому, что цены в Украине стали выше мировых.

В сентябре вы заявили, что действующие в Украине заводы – Кременчугский НПЗ и Шебелинский ГПЗ — находятся на грани закрытия. В чем причина этого, и насколько загружены эти заводы по состоянию на ноябрь?

Недогружен и Кременчугский НПЗ, и Шебелинский ГПЗ.

Если говорить о «Шебелинке», насколько мне известно, они недогружены где-то на треть от того, что перерабатывали раньше. Предприятия имеют программу модернизации и увеличения производственных мощностей, но в связи с тем, что рынок падает, никто, естественно, сейчас в нее не вкладывается, потому что неизвестны перспективы на будущее.

Если говорить о Кременчугском НПЗ, то в 2020 году мы переработаем порядка 3 миллионов тонн нефти всего, при том, что когда-то завод перерабатывал 18 миллионов тонн.

В настоящее время завод может перерабатывать с качеством «Евро-5» порядка 7 миллионов тонн нефтяного сырья, но работает только на 3 миллиона тонн. С одной стороны, цифра говорит о том, что мы наблюдаем упадок, но с другой стороны, если сравнивать с предыдущими годами, то мы немножко добавляем обороты. В прошлом году было всего 2,5 миллиона тонн. В 2016 году – было 2 миллиона тонн.

То есть, мы, говоря о защите нас, как национального товаропроизводителя, не просто так ждем манны небесной, что кто-то нам поможет. Все возможности для того, чтобы защитить свои рыночные позиции, мы используем: развиваем продажи, улучшаем качество нефтепродукта, ведем жесткую конкурентную борьбу с импортерами.

В чем она заключается?

Мы предлагаем контракты с лучшими условиями для украинских трейдеров: с лучшей ценой, лучшими условиями расчетов, и наше преимущество заключается в том, что мы находимся здесь, на рынке в Украине. То есть, логистические затраты при поставках по всей Украине в большинстве случаев говорят в пользу наших продуктов.

По качеству мы абсолютно не уступаем, а по некоторым позициям мы даже лучше, чем импорт. В частности, рынок знает наше арктическое дизельное топливо, которое мы начали производить раньше других близлежащих нефтеперерабатывающих заводов по технологии Shell. Потом уже у нас другие заводы перенимали опыт, как это можно сделать.

Если оставить ситуацию, как есть, когда, по вашему мнению, наступит точка невозврата, и работа Кременчугского ПНЗ и Шебелинского ГПЗ в Украине станет нерентабельной? Какой их производственный минимум?

С экспертами ринка, нашими коллегами мы обсуждали эту ситуацию и вышли на примерно на такие цифры. Сейчас емкость рынка бензина составляет 1,9 миллиона тонн. При этом, мы видим ситуацию с импортом, когда, в основном, белорусский бензин поступает в страну, и общий объем импорта составляет около 1 миллиона тонн. Наше же государство не предпринимает никаких мер по защите внутреннего рынка от импорта. Исходя из этих цифр, мы видим, что если емкость рынка бензина сократится до 1,6 миллиона тонн, и при этом импорт останется в том же объеме, то либо мы, либо Шебелинский ГПЗ будут вынуждены остановиться, потому что окажутся ниже минимального технологического уровня загрузки установки.

Почему мы говорим о снижении объема потребления бензина, и даем такие мрачные прогнозы? Дело в том, что для украинских потребителей товарным заменителем бензина является сжиженный газ, который имеет рост порядка 8-10 процентов в год. Если в 2012 году объем потребления сжиженного газа составлял всего лишь 0,8 миллиона тонн, то сейчас он вышел на уровень потребления – 2,1 миллионов тонн. Скоро будет трехкратный рост.

По вашим оценкам, исходя из текущей ситуации, в какой перспективе украинские заводы могут достичь этого производственного минимума?

Полтора-два года.

Какие пути решения сложившихся проблем в нефтеперерабатывающей отрасли вы видите? В частности, какая ваша позиция относительно законопроекта о выравнивании акцизов на топливо (4098)?

Когда я говорил о цифрах, что внутренний объем потребления бензина сократился с 4,5 миллионов тонн в год до 1,9 миллиона тонн, и в тот же период росло потребление сжиженного нефтяного газа – с 0,8 до более чем 2 миллионов тонн в год, то такое изменение потребительского спроса было связано, в первую очередь, с акцизной политикой государства. Установлены были акцизы на бензин, которые в четыре раза выше, чем на сжиженный газ. Соответственно, бензин для наших украинских потребителей стал дорогим продуктом, а сжиженный газ оказался дешевой альтернативой, и пошло переоборудование автомобилей.

Какая-то часть потребителей, конечно, ушла в дизельное топливо за счет того, что расход топлива на дизельных автомобилях, как правило, чуть ниже, чем на бензиновых, но основную долю рынка у бензинов отобрал именно сжиженный газ. И именно из-за разницы в акцизах.

Потому мы говорим, что поддерживаем законопроект 4098, потому что он решает проблему в корне – именно акцизы привели к этой ситуации на рынке, когда украинский потребитель пользуется импортным сжиженным газом, и ему дорого покупать украинский бензин. Именно решение этой проблемы исправит ситуацию на рынке.

Законопроект 4098 приводит к уравниванию акцизов. Не надо делать ни одному нефтепродукту никаких преференций, и не надо убивать национального товаропроизводителя повышенным налогом. А потребителю, собственно, все равно, на чем ездить – на бензине или на сжиженном газе, лишь бы было дешевле и качественнее.

Почему так произошло, что акциз на сжиженный газ оказался в четыре раза ниже, чем на бензин?

Это было выгодно. В 2012 году сделали такую дифференциацию. Дело в том, что какое-то время сжиженный газ вообще не облагался акцизным налогом, а ставки акцизов на бензин и дизельное топливо были небольшими – всего лишь 30-60 евро за тонну. При такой разнице сжиженный газ не развивался в Украине, и до 2010 года была ситуация, когда объем внутреннего потребления сжиженного газа примерно был равен объему внутреннего производства. А сейчас внутреннее производство покрывает потребность в сжиженном газе только на 25 процентов. А все остальное импорт. И получается, у нас в стране существуют налоговые преференции для импортного продукта.

А импортируются этот продукт преимущественно из государства-агрессора…

Настолько высока экономическая зависимость от сжиженного газа, что даже выгодно его танкерами поставлять.

Если вернуться к теме законопроекта. К нему в Верховный Раде зарегистрировано 4 альтернативных. Что вы о них думаете и почему поддерживаете только основной?

Дело в том, что базовый законопроект 4098 предлагает решить эту проблему в корне – уравнять ставки акцизов, и тогда не будет стоять вопрос, что потребление какого-либо продукта растет или уменьшается. Дальше покупатель, исходя из своих предпочтений и той техники, которая у него есть, сам определяет, чем заправляться. Любая разница в налогах на товары-заменители – это, своего рода, либо стимулирование, либо запретительная мера. То есть, когда государство устанавливает высокие акцизы на алкоголь, табак, оно побуждает своих граждан отказаться от вредных привычек.

Или, наоборот, способствует развитию серого рынка…

Или открывает окно для контрабанды, да. Когда государство установило высокий акцизный налог на бензин и низкий налог на сжиженный газ, оно что таким образом сделало? Сказало своим гражданам: «Бензином заправляться не надо, тем более, украинским». 

И если сравнивать с остальными вариантами, хорошо, что большинство депутатов, которые регистрировали альтернативные законопроекты, понимают суть проблемы: что ставки акцизов на бензин и сжиженный газ надо сближать. Кто-то предлагает постепенное сближение как промежуточный этап, базовый законопроект предлагает сразу выйти в необходимую точку равновесия на рынке. Но среди зарегистрированных законопроектов есть и тот документ, который инициировали газотрейдеры, которые предлагают до 2030 года сохранить четырехкратную разницу в акцизах.

А какой именно это законопроект?

Его зарегистрировала депутат Нина Южанина. При чем, когда мы прочитали пояснительную записку к этому законопроекту, там была масса ошибок просто арифметических.

На первой странице пояснительной записки речь идет о том, что при увеличении акциза на сжиженный газ с 52 до 139,5 евро за тысячу литров газ подорожает на заправках на 5 гривень. Это была первая манипуляция, потому что простой математический подсчет показывает, что газ подорожает на 3 гривни 40 копеек.

Когда мы стали интересоваться, почему же рост составит якобы 5 гривень, выяснилось, что так посчитали газотрейдеры. Это расчет из их переписки. При этом, они сразу заложили в этот расчет курс 35 гривень за евро, заложили, что им маржи не хватает – им бы больше зарабатывать, гривню туда, гривню сюда – и, вот, у них 5 и получилось.

Газотрейдерам же хочется напугать потребителя, чтобы все были против выравнивания акцизов на топливо.

Проблема с перекосом спроса на сжиженный газ и бензин сложилась очень давно, и вы неоднократно заявляли о необходимости срочного решения проблемы. Почему власть постоянно закрывает на это глаза? Кому это выгодно?

Помимо того, что у нас государственная машина не эффективная, есть еще определенные группы, которые помогают ей быть настолько неэффективной. Речь идет, в первую очередь, о газотрейдерах, которые на этом продукте зарабатывают (на сжиженном газе – УНИАН). Это сейчас они говорят, что у них низкие заработки, потому что они пытаются удержать эту емкость рынка любой ценой. А пытаются потому, что на мировых рынках сейчас сжиженный нефтяной газ дороже, чем бензин. У нас он дешевле на заправках только благодаря искусственно низким ставкам на него и высоким ставкам на бензин. А так сжиженный газ дорогой.

Если бы они закладывали обычную норму прибыли, то спрос на сжиженный газ стал бы падать, потому что потребление сжиженного газа минимум на 20 процентов выше, чем потребление бензина на 100 километров в литрах.

Но у государственных деятелей много других вопросов – не только нефтеперерабатывающая отрасль. А когда есть определенное лобби, которое дезинформирует, разобраться в ситуации тяжело. Этот вопрос решался не один год, сейчас просто накопилась та критическая масса знаний у депутатов, когда они понимают, что, да, действительно, это настолько большая проблема, что ее надо решать и решать именно сейчас.

Мы с вами уже частично затронули этот вопрос — хотя потребители слабо этим интересуются, очень важно, что основной объем сжиженного газа мы импортируем именно из России, которая ведет с нами войну. По вашему мнению, почему до сих пор мы продолжаем упорно кормить агрессора и закупать у него нефтепродукты?

Это вы так выражаетесь, что мы кормим Россию. Очень многие думают, что это Россия кормит нас, и без российских и белорусских нефтепродуктов мы не можем обойтись.

Дело в том, что наши политические деятели настолько запустили ситуацию с внутренним рынком, что им уже просто страшно принимать какие-либо решения. Любые ограничительные меры по отношению к импорту вызывают у них отрицательную реакцию. Они боятся брать на себя ответственность. Они не доверяют своим гражданам, они не доверяют своим товаропроизводителям, но почему-то надеются, что Российская Федерация будет спасать, наполнять рынок, устранять дефицит. И точно такие же надежды и ожидания у них в отношении белорусских производителей, которые, собственно, на сто процентов до последнего времени были зависимы от поставок российской нефти.

А какова ситуация в мире? Там ведь нет такого перекоса в спросе на сжиженный газ и бензин?

Мы уникальная страна. У нас более трети автолюбителей перешли на сжиженный газ. В других европейских странах такой ситуации нет. 

И еще одно важное замечание по этому вопросу. Газотрейдеры используют такую манипуляцию, мол, сжиженный газ более экологичный, и приводят в пример европейские страны. Извините, но даже у Российской Федерации сжиженный нефтяной газ LPG, который нам предлагают как альтернативу бензину, таковой не является. Государственная программа в России именно по альтернативным топливам ориентирована на другие продукты – LNG и CNG. Аналогично в европейских странах. Потому что эти продукты, именно сжиженный природный газ и нефтяной газ — являются экологичными. Но не LPG.

И если мы говорим про то, что сейчас защищается в Украине при помощи низких ставок акциза, то надо сказать, что с 1 января 2021 года в Украине вступает в действие новый техрегламент, касающийся газовых моторных топлив. Так вот, для LPG, который используется в качестве моторного топлива, содержание серы нормируется не выше 50 ppm (parts per million – с английского: миллионная доля — УНИАН), в то время как для бензина и дизеля – не выше 10 ppm. То есть, содержание серы в LPG в 5 раз больше, чем в бензине и дизеле.

Но проблема еще и в том, что в Украину импортируется не только этот газ, но и под видом коммунально-бытового завозится газ с содержанием серы до 150 ppm – в 15 раз больше, чем в бензине. А про другие вредные примеси, которое есть в LPG, которые приводят к коррозии топливной системы автомобиля, молчат.

Поэтому, резюмируя, Украина – особенная страна. Группа трейдеров сумела внушить стране, что LPG – это альтернативное топливо, сделала так, чтобы этому «альтернативному топливу» сделали преференции, чтобы бюджет недополучал, чтобы отечественное производство падало, чтобы мы были критически зависимы от поставок этого продукта из иностранных государств – на 75-80 процентов, что не предусматривается никакими европейскими директивами, поскольку там есть ограничения по поводу объема поставок из одного иностранного источника не выше 30 процентов. Поэтому ситуация от Евросоюза отличается кардинально. Не тот продукт, сверхкритичная зависимость и непоступление денег в бюджет. И, при этом, потребителям, через цену внушили, что это самый лучший продукт для них.

И они верят…

И они верят, потому что он дешевле.

В случае принятия законопроекта, если перекос будет исправлен, спрос на бензин будет расти, и мы станем менее импортозависимы от российского сжиженного газа, можем ли мы говорить о том, что это будет большой шаг в сторону обеспечения энергонезависимости Украины в будущем?

Да, это будет большой шаг. Дело в том, что, если говорить о Кременчуцком НПЗ, то, что мы производим сейчас 3 миллиона тонн, это очень мало. В планах компании в следующем году или через два года вырасти до 4,5 миллионов тонн. И, таким образом, мы будем менее зависимы как государство от импортных поставок и бензина, и дизельного топлива, которого очень много потребляют, в первую очередь, наши агропроизводители и горнодобывающая промышленность. То есть, балансировка акцизов приведет к тому, что вырастет внутреннее производство нефтепродуктов. Это и обеспечение отраслей экономики, и обеспечение потребностей нашей армии, инфраструктуры, железной дороги. Поэтому, когда растет доля внутреннего производства, это гарантия того, что в экономике страны будет меньше сбоев. Это с одной стороны. А с другой стороны, увеличение объемов переработки и производства приводит к снижению затрат на переработку, и сейчас наша компания всерьез рассматривает вопросы снижения цен ради того, чтобы увеличить объемы продаж.

В случае принятия законопроекта 4098, насколько подешевеет бензин для потребителя?

Если чисто математически посчитать, уменьшение ставок приведет к снижению стоимости бензина на заправках на 3 гривни за литр. Это произойдет практически сразу после принятия закона, поскольку таможня будет тут же оценивать заходящий импортный продукт, и акциз будет уплачиваться по новой ставке. Соответственно, входящая цена будет ниже.

Рынок бензина и дизельного топлива очень конкурентен. Как только одна сеть выставит стоимость бензина на три гривни меньше, все остальные тут же начнут подстраиваться.

По вашему мнению, есть ли на украинском рынке влиятельные организации, поддерживающие нефтеперерабатывающую отрасль и отстаивающие именно проукраинскую позицию? И эффективна Украинская энергетическая ассоциация?

Создание Украинской энергетической ассоциации – это большой шаг вперед. Дело в том, что это европейская и мировая практика, когда создаются именно профессиональные ассоциации, представляющие участников не какой-то одной компании, а группы участников рынка.

В данном случае, плюс в том, что Украинская энергетическая ассоциация объединила именно украинские предприятия из энергетического сектора: и производителей нефтепродуктов, и добывающие компании, и компании, производящие электроэнергию. Ее отличие принципиально от того, что было раньше, в том, что это именно отечественные производители энергоресурсов, потому что в других ассоциациях присутствовали и российские, и белорусские компании, и чистые импортеры.

Поэтому, если экономическая политика, задекларированная правительством, сводится к созданию рабочих мест и увеличению их количества, подъему украинской экономики, то, в первую очередь, надо создавать условия для отечественных товаропроизводителей. В данном случае, правильно, что эта ассоциация собрала под своей крышей именно отечественных производителей, а не импортеров. Надеемся, что ее работа будет успешной. В том числе, та помощь, которую они оказывают в продвижении законопроекта 4098 – будет одним из ее весомых вкладов в развитие национальной экономики. Это один из тех законопроектов, о которых нужно напоминать.

По материалам интернет-издания УНИАН

https://www.unian.net/economics/energetics/i-o-pervogo-zamestitelya-glavy-pravleniya-ukrtatnafty-ruslan-lyapka-nashi-politiki-ne-doveryayut-svoim-grazhdanam-proizvoditelyam-no-pochemu-to-nadeyutsya-chto-rossiya-budet-napolnyat-ukrainskiy-rynok-nefteproduktov-i-ustranyat-deficit-novosti-segodnya-11232752.html?_ga=2.207338833.371943660.1606307751-670571854.1579504821